Если бы меня спросили, какой город поразил меня больше всего, я бы, не задумываясь, ответила — Владивосток. Есть в этом городе что-то такое… Но обо всем по порядку.
Первая странность началась еще до поездки: в гостиницах не было мест, а если что-то появлялось, то мгновенно оказывалось забронировано. Владивосток настолько удаленный от центральной России город, и билеты на самолет стоят так дорого, что увидеть невероятный ажиотаж в гостиницах было неожиданно. С трудом урвав какой-то номер, я стала готовиться к путешествию, ну как к путешествию – предстояла большая дальневосточная конференция, на которой было запланировано выступление.
Полет в пункт назначения длился почти 9 часов. Человеческий организм не приспособлен для столь длительного нахождения в кресле. Ноги сходят с ума, ты готов их закинуть на голову впереди сидящего пассажира, и привитые с детства нормы вежливости удерживают тебя от столь опрометчивого шага. Прилетела. Чтобы забрать багаж потребовался почти час. Самолет – огромный, двухэтажный, людей в нем – как килек в бочке. Чемоданов – столько же. Весь этот промежуток времени мне названивал таксист, который никак не мог понять, где же я так надолго застряла. И вот чемодан у меня – резким рывком открываю дверцу машины со стороны пассажирского сиденья и упираюсь в удивленный взгляд таксиста: «Вы сами машину поведете?». Я туплю минимум минуту. Невыспавшийся мозг, туго вращая шестеренками, выдает мысль: машина праворульная. Ползу на левую сторону и плюхаюсь в кресло, следом выдаю гениальную фразу: «А чего у вас в машине руль справа»? Таксист терпеливо объясняет «У нас у всех справа, это Владивосток, 99% машин – японские». ОК. Принято. Забегая вперед, скажу, что мне понадобилось 4 дня, чтобы привыкнуть открывать у такси левую дверь, а не правую.
Гостиница. Вроде бы обычная, ничего подозрительного. Захожу в номер и замираю: вид из окна потрясающий, блестит на солнце бескрайняя водная гладь. Скорее на балкон – увидеть воочию океан. О, нет, вот это разочарование – внизу нет красивой набережной, нет даже обыкновенного берега с прибоем. Вдоль всего берега тянется синий забор, за которым, громоздясь друг на друга, стоят ржавые контейнеры. Множество страшных, старых контейнеров для перевозки грузов. Отворачиваюсь, про себя решаю, что вниз я больше смотреть не буду.
Семичасовая разница во времени начинает сказываться, сначала – спать. Завожу будильник на утро. На местные 8 утра. В Москве в это время час ночи.
Проснулась я до будильника – из окна раздавались необычные звуки. Это было похоже на музыку для медитации. Хоть я себе и запретила, пришлось выйти на балкон. Картина маслом: не меньше пяти десятков человек одновременно делают какую-то восточную утреннюю гимнастику. Медленные ритмичные движения, я аж залюбовалась. Решила – спортсмены какие-то приехали.
Спустилась к завтраку и поняла – это не спортсмены, это китайцы. Причем не просто большая группа в отдельно взятой гостинице, а Шанхай, оптом перебравшийся в отель. Я стояла в дверях огромного помещения, где предположительно должен был состояться мой завтрак, и растерянно осознавала, что единственное лицо славянской внешности здесь я. Единственное! Я стояла минут десять, продолжая надеяться, что сюда случайно забредет хоть еще один соотечественник. Бесполезно. Волны китайцев приходили и уходили, и ни одного родного лица среди волн замечено не было. Я решилась. Представила, что выше всего этого, ну а что, почему я не могу позавтракать среди сотен людей другой национальности. Выше-то я была выше, только аллегория превратилась в действительность. Купленные для конференции туфли на десятисантиметровом каблуке, добавленные к моим 180 сантиметрам роста, действительно задрали меня на недостижимую для китайцев высоту. Я сразу же оказалась объектом пристального внимания: вокруг стали толпиться жители поднебесной, они что-то щебетали и размахивали телефонами.
Я не понимала, что происходит ровно до тех пор, пока меня не схватили бесцеремонно с двух сторон и не показали, что нужно смотреть в объектив. Они решили со мной фотографироваться на том простом основании, что русской женщине повезло, а в данном случае «не повезло» вырасти выше среднестатистического показателя. Толпа привлекла внимание остальных завтракающих. Я уже не успевала крутиться в разные стороны и смотреть в разные телефоны, а число желающих запечатлеться с «русской великаншей» все росло. Меня спасла девушка из обслуживающего персонала. Она пробралась сквозь толпу, взяла меня за руку и отвела в небольшой красивый зальчик для вип-клиентов. Она спросила, чего бы я хотела, и сама принесла мне завтрак. По ее словам, уже несколько лет китайцы – основные туристы во Владивостоке, Китай здесь на расстоянии вытянутого мизинца, поэтому им очень нравится приезжать в восточную Россию. Они здесь оккупировали все без войны, их очень и очень много.
В правдивости ее слов я убедилась, гуляя по улицам Владивостока: китайские рестораны, вывески на китайском, половина людей в городе – китайцы. Там нет атмосферы российского города. Там море японских машин и море китайских людей. И от этого немного грустно. Владивосток – очень красивый город, у него величественная архитектура, потрясающие виды на океан, шикарные мосты, но все это как будто уже не наше, как будто родное, но не родное одновременно.
А у кого другие впечатления от этого красивого города?
